20 заметок с тегом

ВНЕЗАПНО

Скованные одним слоем

В прошлой заметке мы узнали, что осмеры рисуют карту для себя и поэтому препятствуют внесению большого количества данных. Кроме того, свежесть данных почти невозможно проконтролировать, поэтому лучше сдаться заранее. Откуда взялись эти проблемы — модель данных же предполагает бесконечное расширение? Может быть, это не проблемы, а всего лишь задачи для нынешнего поколения картографов и разработчиков?

Клубок данных

Шесть лет назад слои были у всех на устах. «Какие слои в вашем проекте закончены?» — спрашивали на конференциях. «Рано или поздно придётся внести понятие слоёв», — комментировали в штосме. И вот мы в 2018, как успехи в этом направлении?

У нас были сайт Ito Map и панель фильтров в JOSM: ввела highway=* и получила слой дорог и связанных с ними POI. Теперь к ним добавились тематические сайты на основе Overpass API — например, редакторы полос от Almaz. Это круто, конечно, но не решает общую проблему OpenStreetMap.

Проблема с нашими данными в том, что они неделимы. Это хуже, чем топология (когда объекты собираются из частей): связи в данных невероятно прочны и непредсказуемы. Точка лежачего полицейского в составе линии дороги, территория школы и забор вокруг неё в одном объекте, остров-лес... Мрак для человека, всю жизнь работавшего с шейпфайлами. Добавим сюда отношения с сотнями автобусных маршрутов поверх одних и тех же дорог, административные границы по рекам и прочие радости типа type=person — и трогать данные становится страшновато.

Спрятать лишнее фильтрами? Не только потеряем некоторые сильные связи (см. границы по дорогам), но и наткнёмся на распространённые слабые связи: когда кажется, что объекты не связаны, но их взаимное расположение или общие элементы важны. Например, многие проспекты разбиты на сегменты, которые объединяет только тег name (да и то не всегда). Магазины нередко находятся внутри здания с shop=mall (или без этого тега, но с названием вида «ТЦ Скрытный»). Как узнать адрес кафе? Ищете дом, содержащий кафе, затем точку с адресом, лежащую внутри контура дома, ближайшую к кафе.

Зато модель данных простая!

OpenStreetMap с самого начала был не про дороги. Это много карт в одной: города и административное деление, леса и поля, гидрография, дорожный граф и запреты поворота, улицы и адреса, каталог заведений, схемы общественного транспорта, база объёмных моделей зданий. Классические ГИС позволяют включать и выключать тематические слои, чтобы они не мешали работать. Классические ГИС умерли, потому что слои — слишком сложно. Единственный крестик в OSM — на вкладке браузера.

Справочник

Мы хотим, чтобы наша карта работала в качестве справочника заведений, и в этом не уступала коммерческим альтернативам — от странного Here до агрессивного 2ГИС. Разве не за этим вы старательно вводите часы работы магазина во время стоянки в путешествии? Не для этого удаляете с карты закрытое кафе по пути на работу? Как приятно в незнакомом городе найти хорошее кафе или неочевидную детскую площадку в OsmAnd! Сразу чувствуешь, что картографы-любители работают не зря.

«Смотри-ка, люди пользуются OpenStreetMap» — удивляются владельцы крупных организаций и просят своих менеджеров добавить все заведения сети на карту. Иногда срабатывает: когда заведений немного и их можно добавить руками. Иногда они обращаются к тем же компаниям, что добавляют их в коммерческие справочники — и вы знаете, что происходит. Картографы не хотят, чтобы на карте были все объекты. И не только потому что они будут мешать картированию — а они будут, своей неидеальностью, — но и потому что начнётся неявное соревнование человека и «машины». Бездушной капиталистической машины.

Как только какие-то классы объектов на карте станут относительно полными — например, заправки — картографы и пользователи OSM начнут на них полагаться. «У нас есть почти всё» — будут думать они и пропускать неотмеченные небольшие заправки, предполагая, что уже всё есть. Сейчас картографы чувствуют ответственность: кто, если не они. Это приятно, потому что ощущение ответственности похоже на ощущение власти (и ломка от понимания разницы страшная). Когда мы отдаём заметную часть POI, «справочник», на откуп коммерции и роботов, картографы потеряют к ней интерес. Эта потеря может затронуть и остальную карту: мол, запятнали, сами и рисуйте.

Естественная реакция на подобную задачу — выделить слой справочника в отдельный проект. Тоже открытые данные, но с более жёстким классификатором и более дружелюбный к организациям и импортам. Перенести все POI из OpenStreetMap и установить правило: справочник → там. Короче, предложить OpenCorporates двухсторонний обмен информацией.

Разумеется, это не сработает: OpenCorporates — это коммерческая компания, а одно из главных достоинств OSM — что наши данные ни от кого не зависят. Как и другие достоинства, с другого ракурса оно скорее походит на недостаток. Но чинить, что не сломано, — не наша задача. Поэтому наш справочник — это OpenStreetMap. У нас есть база заведений, мы умеем отделять её от других данных. Насколько эта база хороша?

Доверия к заведениям в OSM нет даже у опытных осмеров. От моего дома до ближайшего неотмеченного на карте заведения двести метров. Уверен, это расстояние не превысит полукилометра для значительной части активных редакторов. Когда нужно найти кафе, я открываю foursquare, когда ищу автосервис — карты яндекса. Чем больше POI на карте, тем меньше уверенности в их актуальности. Точки вполне могли нарисовать несколько лет назад. А когда фрагмент карты выглядит относительно полным, осмеры перестают его замечать. Наши инструменты не делают удобным обновление данных. Приятно отметить новый магазин. Удалить закрытый сложно.

Будущее

«Участвовать в проекте легко — достаточно зарегистрироваться и нажать кнопку „Правка“». Нажимаем, видим мешанину как на рисунке ниже. Как здесь найти магазин, который нужно поправить, или как тыкнуть в парк, чтобы его обвести, или как проложить тротуар и не зацепить ничего лишнего? Любой опытный осмер, запомнивший, какой кнопкой расцеплять линии, ответит, что это почти невозможно. И мы даже не упоминаем отношения. Постепенно территории, где опасно орудовать в iD и неудобно в JOSM, расширяются. Когда-нибудь такой плотной станет вся карта — и это не будет поводом для радости.

Могли бы помочь автофильтры, вот только за полтора года мы не увидели работ в этом направлении. Да и нынешние их воплощения не сильно отличаются от обычных фильтров, проблема которых описана выше. Нет, дополнительной функциональностью существующие редакторы не поправишь. Пора признать, что в OpenStreetMap у стандартного подхода «скачать всё и потом редактировать» нет будущего. Ни JOSM, ни iD, ни Vespucci, ни Go Map не посоветуют новичкам через десять лет.

Что же посоветуют? Другие редакторы, эксперименты в которых мы видим в последние годы. Прежде всего, это Maps.Me и StreetComplete. Несмотря на технические недостатки, ими пользуются десятки тысяч пользователей. Их особенность — они тематические. Не пытаясь обрабатывать весь клубок данных, они вытаскивают и пришивают только интересные им ниточки: POI и дополнительные атрибуты. Пользоваться ими легко, и для работы с этими слоями даже опытные осмеры предпочитают достать телефон, а не запускать редактор на компьютере.

Именно это и произойдёт в будущем: редакторы всё-в-одном расслоятся на низкоуровневые, типа Level0, и тематические. На мобильных устройствах последние уже победили, теперь дело за настольными редакторами. Вдохновляющие заметки о первых попытках их сделать только начинают появляться в ленте. Например, Deriviste от Ричарда: простая (и очень сырая) страничка с фотографией из Mapillary, картой и поиском по заготовкам тегов. Дважды кликаешь на магазин на фотографии, корректируешь его расположение, вводишь «фрукты» и идёшь дальше. Обработка фотографий из картографической прогулки раньше была невыносимо сложной, а теперь это игра. Гениально.

Пока что у нас нет ни единого законченного тематического редактора, которым хотелось бы пользоваться вместо обычных. Близки к таким редакторы полос, упомянутые выше. Может, ещё Conflation Audit для подтверждения изменений при импортах POI. Логичным развитием его будет помощь при загрузке любых пакетных точечных данных — так что видя страницу магазина с пятью адресами, захочется открыть этот редактор, а не JOSM или iD, потому что он удобнее и гарантирует обновление данных, когда обновится сайт.

Чудесные тематические редакторы будущего обойдут все проблемы, которые описаны ранее:

  • Они очевидным образом решают вопрос слоёв, работая только со срезом данных. Например, вы указываете автобусные остановки по маршруту, а редактор сам прокладывает маршрут по ближайшим улицам и после проверки правильно разрезает их и собирает отношения route. Связи между слоями станут не случайными, а осмысленными и одобренными пользователем.
  • Они автоматизируют редактирование: заботы об обновлении данных лягут не на супер-картографов, коих сейчас один человек на миллион жителей, а на машину. Она сама скачает данные из того же источника и сама напомнит, когда ваш вклад начнёт выглядеть устаревшим. Хранение жизненного цикла внутри OSM не работает, в отличие от сторонних сервисов, которые знают, что делать со всеми этими датами.
  • Они дают уверенность в качестве данных, потому что валидируют не только геометрическую и техническую корректность, но и источник, и взаимосвязь объектов внутри темы, и возраст данных. Импорты станут умнее, потому что у импортированных объектов будет история. Авторы редакторов будут писать валидаторы не вширь, как в JOSM, а вглубь, находя новые неочевидные способы убедиться в правильности изменений.

В мире, где люди открывают редактор карты, чтобы поправить время работы или чтобы нарисовать новый маршрут автобуса или вырубку, а не тупо покопаться в месиве из данных, OpenStreetMap будут воспринимать тем, чем он является: множеством разных карт в одной. Которые в сумме больше и полезнее, чем по-отдельности.

Дело за малым: придумать и написать. Авторы потенциальных редакторов-хитов должны не только хорошо разбираться в OpenStreetMap и уметь программировать, но и иметь опыт в проектировании хорошего UX. Знать все примеры хорошего пользовательского дизайна в картографии: сайта Moovit, редактора запретов поворотов в iD, алгоримов модерации, интерфейса «народных карт»... Да, подвох тут очевиден. Продолжение следует.

13 октября   id   ВНЕЗАПНО   проекты

Агентам справочника вход воспрещён

Анна из «народной карты» расписала в их блоге, откуда берутся заведения на картах яндекса. В компании ведут два набора данных: «справочник» и «народная карта». Копирование данных налажено пока только из карты, скоро будет и обратное. И этот поток автоматических правок будет куда сильнее: ведь доля пользовательских данных в наполнении справочника очень мала.

Здесь всплывают две темы: постепенное замещение картографов-любителей роботами на «народных картах» под безграничное терпение первых и приоритеты в картографировании заведений. Обе темы подчёркивают радикальное отличие и «народных карт», и просто карт Яндекса от OpenStreetMap во всех своих ипостасях.

Приоритеты

В заметке перечислены восемь источников данных о заведениях, которые склеиваются и доступны из поиска на карте: правки народных картографов, сообщения из разных видов обратной связи, информация от организаций и от оплачиваемых сборщиков данных. Сколько из них есть в OSM? Только два: правки осмеров и заметки на сайте. Хотя, честно говоря, заметками владельцы заведений не пользуются, потому что их почти невозможно найти.

Где всё остальное? Ладно, у нас нет службы поддержки и сотрудников, обзванивающих организации. Но многие компании специально платят, чтобы их филиалы наносили на карты — и мы осознанно сопротивляемся этим «импортам». Что хорошо для всех популярных карт, оказывается плохо для OpenStreetMap. Как же так?

Дело в целевой аудитории. Кто адресат нашей карты, для кого мы рисуем? На сайте и в вики про это ни слова. «OSM предоставляет данные тысячам сайтов» — ничего не значащее утверждение, этот блог тоже предоставляет. А если OSMF и администраторы сайта отказываются ограничить ЦА карты, за них это сделают сами картографы. Самым очевидным способом.

OpenStreetMap — это карта для картографов под открытой лицензией. Два тезиса, которые определяют все решения в проекте. Открытая лицензия регулирует отношения со внешним миром: запрет на нелегальные данные и обклацывание гугля, публикацию планеты под ODbL, экосистему открытого кода. А первый тезис, что целевая аудитория — это картографы, регулирует все вопросы внутри сообщества. Прежде всего, конечно, тегирование, требования к редакторам и выбор допустимых слоёв для импортирования.

Самое неочевидное, что следует из ориентированности на редакторов карты, — это ограничение на размер данных. Когда их становится слишком много (например, после массового импорта «зелёнки»), сообщество бунтует и заводит reverter. OSM состоит из одного слоя, который непросто разделить по типам объектов, поэтому один перегруженный слой затрудняет редактирование остальных. Нарисовали схему помещений — контур здания теперь не улучшить. Импортировали Corine — проще закрыть редактор, чем обозначить вырубку. Обозначили каждый лоток на рынке — никто не будет обновлять информацию, да и проходы трогать побоятся.

Поэтому участники неодобрительно смотрят на импорты заведений. С одной стороны, пользователям карты хорошо: можно найти в любимом Maps.Me или OsmAnd заправку по пути и кафе у гостиницы. С другой, мы рисуем OSM не для пользователей: сотни тысяч, если не миллионы, импортируемых точек нужно проверять, поддерживать, обновлять. Никто этим не будет заниматься, а потому они не должны быть частью карты. Карта — для того, что интересно рисовать и несложно поддерживать.

Роботы

Задачу поддержки заведений из сторонних источников решить несложно: периодически проверять и импортировать заново. От картографов ничего не понадобится, только верить и не мешать. Разумеется, правки импортированных данных сохранятся после обновления — или нет, смотря сколько времени прошло. В перспективе это можно распространить на «зелёнку» и адреса.

Получится, что за существенную часть данных OpenStreetMap — сотни миллионов объектов — будут отвечать роботы, пусть и курируемые людьми. Медленно процесс поддержки данных OSM будет мигрировать к модели википедии, когда в истории правок любой статьи минимум 10% правок идут от роботов, следящих за порядком. Потому что если можно импортировать, то почему нельзя автоматически amenity=sauna заменять на leisure=sauna? Логично же это поручить роботу и спать спокойно, зная, что база консистентна?

В народных картах Яндекса это само собой разумеется. Там автоматизировано всё: импортирование данных в новых странах, сдвиг объектов при обновлении снимков, обновление данных из справочника. Роботам помогают сотрудники на зарплате и участники «Толоки», которых всё больше. Когда нужна актуальная и полная карта, полагаться на добровольных картографов-любителей недостаточно — это очевидно примерно всем. Поэтому народная карта мигрирует влево по шкале свободы картографии, усиливая контроль над содержимым карты.

Активным участникам сообщества НЯК это, конечно, не нравится. Данные от людей на зарплате предсказуемо хуже работы любителей — по всем показателям, кроме тех, что входят в ТЗ. «Теперь я не слежу за порядком. Спасибо яндексу за это», — хлопают дверью модераторы. Да и под заметкой про интеграцию справочника немало недоумённых комментариев. Это всё люди, которые не успели перестроиться три года назад и не поняли, что «народная карта» больше не самостоятельная песочница, где можно в одиночку нарисовать и поддерживать город, а инструмент обратной связи к картам Яндекса. Народные картографы теперь не столько правят карту, сколько корректируют импортированное и нарисованное профессионалами.

Очевидно, что автоматические правки противоречат целям сообщества OpenStreetMap: иметь карту, которую весело редактировать. Картограф с опытом всегда найдёт, какую претензию предъявить оператору любого скрипта. Данные плохо привязаны. Теги неправильные, но замена неравнозначна. Формат телефонного номера не тот. Это дискриминация против малого бизнеса. Хорошо, но проверяй каждый объект вручную. Этим атрибутам не место в OSM. Посмотрите на TIGER, хотите повторения? Любой импорт или автоматическая правка должны пройти через болото уныния, и редкий энтузиаст доползёт до его середины.

Мы говорим «карту может поправить каждый», но мы же и говорим «карта для любителей, а не корпораций». Мы ратуем за карту без дискриминации, но в то же время рисуем таблички про вход воспрещён. Открытый проект, но пожалуйста, не надо. Решить это противоречие может сильная структура, наделённая правом окончательного голоса. Но в нынешней парадигме «Совет + рабочие группы» такая структура невозможна. Тут либо делать альтернативный проект, либо повторить то, что Стив Кост сделал четырнадцать лет назад: выкручиваться малыми силами, находя новые смыслы в существующих структурах. И не сказать, что это невозможно. Продолжение.

9 октября   ВНЕЗАПНО   источники   няк

Моря коричневых квадратиков

Вы, наверное, слышали об инициативах HOT, особенно о серии картовстреч Missing Maps. Добровольцев сажают за JOSM и учат обклацывать домики в Центральной Африке. Результатом становятся сотни тысяч контуров с building=yes, которые аналитики используют для планирования акций помощи.

Jean-Marc Liotier намедни задал вопрос, столько неожиданный, сколько и очевидный: а зачем это всё? Добровольцы оставляют жутко неточную карту, на которую опытный осмер без слёз не взглянет. Дороги недорисованы, POI отсутствуют, будущим африканским мапперам будет проще удалить это всё и начать с нуля.

Зачем вообще рисовать контуры? Для анализа населённости достаточно нарисовать полигон landuse=residential с атрибутом плотности. На крайняк — вместо контуров ставить в центре домиков точки со всеми нужными тегами. У аналитиков будет способ посчитать население, а карта не пострадает. Зачем тратить время и силы ценного человеческого ресурса на работу, которую осмеры захотят удалить?

Для зарождающегося африканского сообщества эти недокарты вообще мина: здесь не кривые линии дорог нужно выправлять, как после импорта TIGER американцам, здесь каждый домик нужно скрупулёзно передвигать на правильное место. Любой, кто этим занимался, схватится за голову.

В рассылках вопрос поддержали опытные осмеры, а члены HOT ответили, но как-то не по существу. Про пользу да про валидаторов, которых всегда не хватает, потому что это не так интересно. Нет вопроса о пользе карты для кого-то, кроме аналитиков HOT, в справочнике команды. Никто не подумал. Проблемы не белых людей.

Один из вариантов ответа: встречи Missing Maps — отличный способ завербовать далёких от картографии людей в OpenStreetMap. Научить их редактированию и показать осязаемую пользу от работы. Да, качество их домиков будет ниже плинтуса, но если мы берём за цель их участие в сообществе, то то, что они нарисуют, можно удалить. Главное, что человек завяз.

Работа гуманитарной команды поднимает сразу несколько вопросов. Например, чем сотни тысяч нарисованных добровольцами домиков лучше автоматического импорта домиков из сторонней базы (тут как раз Bing пожертвовал 125 миллионов)? Наши правила запрещают массовые правки без обсуждения, но здесь же живые люди обклацывают снимки. Да, качество так себе, да, придётся большую часть удалить. При этом, сообщество не приемлет автоматические правки и импорты. Главный аргумент — потому что данные из сторонних источников всегда уступают тёплым ламповым нарисованным вручную домикам.

Впрочем, организованное редактирование скоро тоже зарегулируют новым регламентом. Он гласит, что если вы собрались больше трёх, то посчитаем это импортом: косо посмотрим, сплюнем, спросим за район.

Почему появился этот регламент? Некоторые компании начали платить мапперам за улучшение карт густо населённых районов, и осмеры из этих районов возмутились. Импорты и организованное редактирование никого не волнуют, пока не нарушают главное правило: только не на моём участке. Стоит задеть территорию опытного осмера, как узнаешь про много разных правил и ограничений. Классы дорог не трожь, используй contact:website вместо website, каждый POI должен быть проверен на местности и подтверждён нотариально заверенной фотографией. Правило «Не на моём участке» в сообществе идёт первым, до лицензии и проверяемости. Гуманитарной команде позволяют работать в Африке только потому, что там нет увлечённых мапперов, которые от очередного набега придут в ужас.

Наконец, проблема сотен тысяч домиков поднимает через Жана-Марка тот же вопрос, какой должен задавать себе каждый из нас: зачем мы картируем? Чем мы руководствуемся при выборе тегов и объектов для картирования, и какой конечный результат покажет нам, что мы выполнили свою работу хорошо? Линия на стандартном картостиле? Слово «МакАвто» в результатах поиска на смартфоне? Размер файла с выгрузкой города? Числа в валидаторе? Какой бы ни была ваша метрика, не бойтесь поделиться ею на форуме или в чатике: вам не только помогут найти лучшие источники и модули редакторов для работы, но и объяснят, почему ваша работа не имеет смысла. Мы всегда рады помочь.

2018   hot   ВНЕЗАПНО

OpenStreetMap не ваш

На волне новостей от Google Том Чедвин напомнил о преимуществах открытого софта и закончил заметку словами: «теперь у вас есть железный аргумент для тех, кто спрашивает, почему бы просто не взять Google Maps».

А у меня титановый аргумент в пользу условных Google Maps: потому что у вашей открытой карты нет будущего, вот почему. На ней даже POI нет нормальных, не то, что у гугля, которому все эти точки несут владельцы добровольно. Потому что там не сотня хмурых амбалов, отворачивающих всех, кто несёт данные, а коврик постелен с «добро пожаловать».

Разумеется, это преувеличение. У нас замечательная, красивая карта, которой во многих областях нет не то, что равных, — нет альтернатив. Ниоткуда вы больше не возьмёте в меру корректный граф дорог. Ни по одной другой карте не прикинете плотность населения. Никто не даст вам данные, чтобы установить копию сервиса в закрытой сети.

Но нельзя не заметить, что OpenStreetMap загибается. Не потому, что у нас база данных вместо карты, или модераторов нет, или данные не разделены на слои, как придирался Серж. Для технически подкованного человека поверить в упадок OSM невозможно: это же децентрализованные данные, они по определению вечны. Кроме того, они бесплатны и наполняются миллионом редакторов по всему миру: почему их не использует каждый первый сайт?

А дело в том, что невозможно нас использовать. OSM проигрывает любой альтернативе по одной причине: нет контроля. Ни у кого. Ни над чем. OpenStreetMap примерно с 2012 года на автопилоте летит в бездну, и редкие попытки выправить курс наталкиваются на хмурых амбалов, защищающих ручки управления со словами «не позволим захватить власть» и «у нас саморегулирующийся проект». Сила проекта оказалась его слабостью — и, кажется, фатальной.

Над картой нет контроля. Хотите импортировать сеть своих магазинов? Фигушки, ваше качество данных не отвечает нашим критериям. Хотите порисовать свой посёлок? Познакомьтесь с местным вахтёром, который сначала поругает вас за выбор классов дорог, а затем пропадёт, потому что вы невыносимы. А вахтёрам, кстати, тоже несладко: четырнадцатый год проекту, а лучшее, что мы смогли сделать для контроля качества, — OSMCha. Пользователи которого до сих пор стонут от диаметров больших, но худых пакетов правок. Автора OWL мы успешно потеряли. Члены DWG до сих пор для работы пользуются скриптами на Perl из прошлого десятилетия.

Над сайтом нет контроля. Это прочувствовал каждый, кто делал пул-реквесты в любой элемент нашей основной инфраструктуры. Никогда вы не услышите спасибо, зато комментариев соберёте полное лукошко. Два человека на страже не пропускают никаких концептуальных изменений: будто посреди рушащегося мира нужно удержать хотя бы то, что есть. Не понять им, что они так крепко держат, что мир крошится в их руках.

Над моделью данных нет контроля. В последний раз для изменения API потребовались деньги и усилия целой компании Cloudmade, десятка осмеров, работавших за венчурные инвестиции несколько недель. Надежда на тип area или другие изменения тлела лет пять назад, но теперь об изменениях перестали думать даже самые оптимистичные осмеры. Единственное, что нас ждёт в API, — это огораживание личных данных для GDPR, да и то потому что штраф платить никто не хочет.

Над тегированием нет контроля. Главное отличие и достоинство OpenStreetMap — свободная атрибутивная модель — настолько разрослась, что никому, даже ветеранам проекта, не под силу выбрать правильные теги. Форумы полнятся шутками про вереск, лес и пространства имён. Пропозалы — смех: с одной стороны изобретают инопланетные схемы на полсотни килобайт, с другой изворачиваются в попытках потопить каждое предложение. Новички не офигевают только потому, что все редакторы, даже мобильные, заменили таблицы тегов заготовками.

Над картостилем нет контроля. Когда-то основной стиль был настолько сложен, что все боялись к нему притронуться. Потом его перевели на CartoCSS, навели порядок, и сразу потянулись участники, пошла работа. Несколько лет улучшали значки и цвета, поменяли структуру базы данных, причесали шрифты — карта стала выглядить прилично, как у людей. Такая же блёклая.

Но сейчас заметно, что никто не знает, куда двигаться дальше. Собственно, Пол Норман с этой темой уже два года выступает на конференциях. На конвульсии разработчиков особенно тяжело смотреть в этом году: они безуспешно пытаются изменить устоявшиеся схемы тегирования, потому что модель данных OSM несовместима с приличной картографией. Мы упёрлись в потолок стека, написанного пять лет назад. Единственным разумным выходом будет выкинуть всё и начать заново — что авторы и обсуждают.

Над разработчиками нет контроля. «Наш главный ресурс — это люди, которые тянут проект в светлое будущее». Ага, а присмотришься к разработчикам — там кто в лес, кто по дрова. Одни пилят двадцатый геокодер или десятый роутер, другие на две недели погружаются в жонглирование данными, чтобы на выходе получить невпечатляющий набор точек. «Мне удалось поднять тайл-сервер» — слышно из угла. Мои поздравления, блин. 2018 год, а у нас ни окружения для разработчиков или интеграторов, ни финансовой поддержки, ни стратегического плана. Только по одному волонтёру на ключевых элементах инфраструктуры сидят.

Над лицензией нет контроля. Картографы хотят защитить свой труд, это понятно. Отсюда растут все вирусные лицензии, которые когда-то ставили целью сделать мир лучше, открытее. Вот только у них обнаружилась проблема. Для успеха в этом мире нужно уметь договариваться. Взять у муниципалитета информацию по всем зданиям, а взамен предоставлять правки, уточняющие геометрию. Позволить сервису бронирования не раскрывать данные о гостиницах, которые они примешивают, чтобы получить полтора миллиона проверенных точек и иметь возможность исправлять ошибки позиционирования в сервисе, которым пользуются сотни миллионов. И так далее.

Наша лицензия запрещает всё это, от чего третьи стороны не особо страдают — у них уже есть достаточно данных. Страдаем мы, потому что не можем адекватно ни с кем договориться. Участники сообщества зорко следят, чтобы никто не проскочил. Даже с тривиальными случаями использования у нас проблема. Я только за этот год видел полдюжины вопросов насчёт использования карты в телепередачах, и каждый раз на одинаковые вопросы им выдавали разные ответы. Никто, даже юридическая рабочая группа, не понимает ODbL. Но это статус кво, в OpenStreetMap он тут власть.

Как вы знаете, в этом мире чтобы оставаться на месте, нужно быстро бежать. Я читаю новости 2ГИС, Яндекс.Карт, Google Maps и вижу, что они пробуют новые алгоритмы, новые точки зрения. Меняют интерфейсы, постоянно дополняют модели данных, учатся по-новому взаимодействовать с сообществом. Реагируют на проблемы структурными изменениями. В их возможностях всё поменять — или наоборот, причесать данные, сгладить углы, сделать удобно. Они могут купить и продать, чтобы сделать свою карту лучше.

Всё, что на сегодня способно сообщество OpenStreetMap, — сообща за выходные нарисовать домики ещё в одном городе. Поэтому главными применениями проекту остаются гуманитарные инициативы, да использование в качестве подложки, когда не хватило денег на нормальную карту. Вспомните, что у нас такого происходило за последний год, достойного заметок в главных технологических журналах? Новую версию JOSM выпустили с обрезанием пробелов в тегах?

Да, полагаться на проприетарную карту — значит, отдавать часть контроля корпорации. Но вы уверены, что хотите иметь контроль над каждой частью картографического стека? Вам точно хватит денег? Коммерческая компания может изменить условия и поставить вас в неловкое положение, но от OSM её отличает договороспособность. Там работают живые люди и у них есть все рычаги: можно позвонить и сторговать лимиты, или попросить помочь с картографическими данными. Для них вы — клиент; для OSM вы, если чего-то хотите от карты для бизнеса, хуже чем никто.

Поэтому OpenStreetMap не растёт. Если приглядеться, на графиках намечаются негативные тренды. Как викимапия около 2011 года, наш проект выбрал большую часть своих смыслов. С нынешним направлением у нас ещё лет десять, после которых мы будем выглядеть как викимапия сейчас: с кучей данных и без сообщества, разбежавшегося по альтернативным проектам. И тогда уже люди, выбравшие OSM как замену Google Maps, задумаются.

Именно сейчас, в ближайшие два года, нужно найти для проекта новые векторы развития. Риторика «а зато у нас бесплатно», неизменная на протяжении десяти лет, превратилась из прогрессивной в жалкую. Главный вопрос — зачем вам OpenStreetMap, когда есть много альтернативных картографических сервисов, каждый из которых в чём-то его превосходит (и не надо тут про качество отрисовки вашего двора)? Может, мы собираемся перевернуть обучение географии, или стать новой универсальной базовой картой, или заделаться фреймворком для экспериментов в новой картографии. Любой ответ хорош, если вы готовы подкрепить его делом.

А пока что для многих организаций проще взять Google Maps.

2018   ВНЕЗАПНО

Первопереоткрыватели

В конце января рабочая группа по данным получила уведомление от перуанской компании: «семь лет назад ваши картографы стащили у нас геоданные, удалите их». DWG расчехлила Redaction Bot (специальный скрипт, который не только удаляет объекты, но и вычищает их из истории) и оперативно убрала заимствования вместе с правками, которые семь лет накапливались поверх них. Сообщество в Перу подготовило «пирог» для картирования и за три месяца перерисовало потерянное, о чём отчитался karitotp.

Ничего такого, о чём стоило писать новость: данные импортировать нельзя, и срока давности нарушения не имеют. Об этом уже была длинная заметка, добавить нечего. Мы уже экстренно востанавливали страны: например, Польшу, пострадавшую от перелицензирования. Да и диванные картовстречи, когда за пару дней отрисовываем города и районы, для нас не в новинку: вспомнить тот же Саранск.

Такие инциденты показывают силу сообщества. Но и его ограниченность. Картографов-любителей привлекают белые пятна, они любят дорисовывать дворовые проезды и домики в промзонах. Сообщество невероятно быстро делает базовую подложку в любом регионе мира: дороги, населённые пункты, гидрографию. Радуется анимации с было-стало и пишет посты в блог. А затем уходит.

Позавчера Александр Истомин нашёл кладбище мусорных точек в Саранске. Почти год там копятся объекты, которых нет на местности. Незаметно — потому и не удаляют? Нет. 22 апреля провели первый тестовый матч на новом стадионе «Мордовия», построенном к чемпионату мира. Вчера прошёл второй матч. Стадион открыт, все горожане о нём знают. На OpenStreetMap прямо сейчас там строительная площадка. Картографов не волнует: обновлять уже нарисованное не так интересно. Даже если картой OSM конкретно в этом месте будут пользоваться сотни тысяч туристов через Maps.me.

Но если взять и вычистить город от данных, осмеры всей страной соберутся и за выходные снова отрисуют его идеально, по свежайшим данным.

2018   mapping party   ВНЕЗАПНО
Ранее Ctrl + ↓