27 заметок с тегом

ВНЕЗАПНО

Позднее Ctrl + ↑

Vision of a Future

Вы наверняка знаете про Mapbox Vision SDK. Удивительная библиотека, которая прямо на устройстве прогоняет видео с телефонной камеры через нейронную сеть. Ищет в кадре машины, пешеходов и знаки, размечает кадр попиксельно, рисует на экране маршрут и напоминает об ограничениях. Продвинутый видеорегистратор. Видеоролик лучше любого описания: да, техника дошла, будущее уже в телефоне и почти не тормозит.

Его проблема в том, что он не нужен водителям. Несомненно, эта разработка на порядок интереснее самодвижущихся машин, которыми прожужжали все новости: такие машины купят несколько тысяч человек, а телефоны есть у миллионов водителей. Но авторы, как это часто бывает с технарями, для гениального ядра придумали яркий, но совершенно бесполезный обвес. Забыли одно из главных правил вождения: не отвлекаться. Все их линии и напоминания на практике не нужны.

Когда я за рулём, экран моего телефона выключен. Там работает навигатор и в правильные моменты он подсказывает: «поверните налево», «через триста метров направо». Никогда не удавалось оценить, сколько это — триста метров; порой приходилось резко тормозить и сдавать назад. Если прикрепить телефон к приборной панели, я начинаю его палить: контролировать скорость и время по GPS, смотреть на окрестности на карте. Читать уведомления из мессенджеров.

Поэтому AR, дополненная реальность, не нужна. Остальные части презентации тоже по-своему бесполезны. Предупреждения, например, либо избыточны и их игнорируешь — вспомните «динь» о превышении скорости в яндекс-картах, — либо редки и слишком неожиданны, чтобы вовремя среагировать. Картинки на сайте Vision SDK предлагают и третий вид уведомлений: слишком ярких и перегруженных, чтобы читать за рулём. Последний слайд в «Use Cases» особенно зловещ: внедрение системы приведёт к штрафам за то, что водители не роботы.

Когда-то я целый год смотрел ролики ру-чп и теперь при езде я вижу сотни собственных ошибок, которые могли бы привести к аварии. Отвлёкся на медиафасад. На узкой полосе мечусь между зеркалами и машиной впереди. Автобус справа закрыл сигнал светофора и я его предположил. Мчу по трассе и ожидаю, что пешеходы не самоубийцы. Перестраиваюсь влево и каждый раз жду, что влечу в машину либо в слепой зоне, либо впереди, когда проверяю эту зону.

Vision SDK захватывает воображение как обещание безопасного будущего. Водителю нужна помощь — но не в навигации: с ней справляются и обычные навигаторы. Этот технологический костыль приблизит то, о чём безосновательно грезят апологеты автономного транспорта: более безопасные и эффективные дороги. Для этого не нужно покупать новую машину и бояться, что встретишь непредсказуемый для искусственного интеллекта таз. Достаточно поставить две камеры сзади и спереди, запустить приложение и построить маршрут.

Главное в разработке — заткнуть внутреннего технаря и решать проблемы, а не предоставлять возможности. Например, не показывать, а говорить. Не «триста метров», а «перед забором». «Две минуты до съезда, перестройся вправо». Или «десять секунд», если машин вокруг мало. Это всё базовые улучшения, для которых не нужно камер. Vision SDK позволяет оценивать окружающую обстановку так, как не сможет никакой водитель, особенно усталый или в сумерках. «Впереди пешеход, притормози».

Обучение привычкам водителя, плюс данные с камер и автомобильных датчиков, плюс картография решат все затруднения, знакомые каждому водителю. Стоит ли разгоняться, или всё равно на светофоре стоять? Безопасно ли обгонять таз с прицепом, когда встречка далеко, но слепит фарами? Прервать обгон и встроиться между фурами? Быстрее ли соседняя полоса и точно ли там сейчас никого нет в слепой зоне? Сколько на этой дороге полос, не стоит ли принять чуть вправо? Тормозить или резко свернуть перед препятствием? Не влетит ли в меня обгоняющий, если я поверну налево?

Нужно не вываливать всё, что вычислили, а ненавязчиво подсказывать и, возможно, светить крупными, понятными индикаторами. Знаю, что превышаю скорость, но пора бы понять, что я люблю ездить плюс пять к ограничению, за которые не штрафуют. Если я в правой полосе, то зачем предлагать держаться правее? Линия маршрута нафиг не нужна, когда о повороте можно сказать голосом, а вот индикатор «можно обгонять» очень бы пригодился. Как и индикаторы безопасности перестроения на левом и правом боковых зеркалах.

Будут ли аварии из-за водителей, излишне положившихся на такого помощника? Конечно. Это предсказуемая угроза безопасности, с которой приложение, единственная задача которого — минимизация угроз, — должно бороться. Производители автономных машин сейчас думают, как водитель, следящий за правильностью решений, должен сигнализировать о своём внимании. Наша гипотетическая система тоже должна постоянно давать сигналы, что она следит за дорогой. При этом не раздражая водителя. Пониженная уверенность в данных — тоже красный флаг, который должен привлекать внимание. Эффективные сигнальные системы потребуют работы когнитивистов, которых не каждая компания догадается нанять. Это не лампочки на приборной панели, а интерфейс более высокого, интуитивного уровня.

Будущее вождения может быть построено на Vision SDK, если не произойдёт неминуемого. Я жду традиционного: Mapbox выпустит SDK и со временем переключит разработчиков на другие задачи. Несколько стартапов вырастут вокруг этой библиотеки и каждый запилит свою часть головоломки. Будут несколько приложений с платными подписками (потому что использование SDK стоит по доллару за человека), которые почти, но не совсем, помогают водителю, каждое по-своему. Пазл из них не сложится в идеального помощника. И в финале, как недавно нейронные сети для определения и маскировки лиц, технология обработки автомобильного видео станет ещё одним не взлетевшим технологическим прорывом.

Но я надеюсь, что когда-нибудь перестану волноваться об обгонах, перестроениях и пропущенных поворотах. Технологии возрождаются в лучшем виде после того, как полежат несколько лет в болоте разочарования. Вождение будет безопасным.

2019   ВНЕЗАПНО   не про нас   проекты

Под гнётом меритократии

Долгое время мы считали, что в OpenStreetMap меритократия. Сегодня уже понятно, что властью в проекте обладают скорее те, кто в нём дольше: жест Стива Коста (ушёл в 2012 году) был беспрецедентным. И что меритократия — такой же миф, как «здравый смысл» или предрасположенность мужчин к математике. Восьмимартовская статья в Aeon объясняет это коротко и доходчиво.

Начинают они с того, что поверье (у 70% населения, по опросам), будто усилия приводят к процветанию, — полное заблуждение и не подтверждается практикой. При этом, заблуждаются обе стороны: бедные считают, что если бы они чуть меньше ленились и взяли, например, побольше задач, то сразу же разбогатели бы. А богатые — что они всего добились собственными умом и упорством. Разумеется, это не так, иначе бы петербуржские академики не продавали свои книжки в переходах, а миллионы на благотворительность жертвовал бы не Билл Гейтс, а программисты поспособнее.

К богатству ведёт не труд, а сочетание начальных условий (родиться в богатой семье лучше, чем в бедной; в Америке — лучше, чем в Польше), предрасположенности к предпринимательству, воспитания и, конечно, удачи. Сто программистов могут придумать алгоритм, но только один продаст его условному фейсбуку — и не потому, что он самый умный. Множество талантливых и упорных людей собирают вам айфоны на китайских фабриках.

Хуже того, продолжает Клифтон Марк, научные исследования показывают, что вера в меритократию откровенно вредит. Люди, убеждённые в ней, ведут себя более эгоистично, менее самокритично и допускают дискриминацию по любым признакам. Например, есть известная игра «ультиматум», когда есть условные 100$ и одному человеку нужно предложить второму такую долю, чтобы он или она согласились. Обычно первый предлагает 40-50$. Но если перед этим с ним или с ней сыграть в другую игру, убеждающую в уме или усидчивости, то вне зависимости от результата, в «ультиматуме» этот игрок предлагает другому меньшую сумму. Второй игрок, если не проходил аналогичную «подготовку», был готов на неё согласиться.

Многие успешные люди не считают свои деньги и статус следствием удачи. Интересно, что если про неё напомнить, у них повышается вероятность пожертвований и в целом щедрых жестов, хотя обычно они таким людям не свойственны. Когда в компаниях провозглашают следование принципам меритократии, возрастает зарплатное неравенство между людьми разных полов или рас. Игнорируют меритократию — разница исчезает. То есть, принцип, который как будто должен устранить неравенство и воздать каждому по заслугам, приводит ровно к противоположному результату.

Сообщество OpenStreetMap взращивалось на принципах меритократии, do-ocracy: они работали, когда этим сообществом была группа друзей (технари мужского пола из Западной Европы). Когда мы все присоединялись лет десять назад, мы верили: трудись — и сможешь влиять на проект. Теперь ежу понятно, что проектом рулят только те, кто успел войти в него до 2008 года и разделить ценности создателей. Только решив эту проблему, сменив политический строй, OpenStreetMap сможет повернуться лицом к пользователям и перейти на следующий уровень качества.

2019   ВНЕЗАПНО

Скованные одним слоем

В прошлой заметке мы узнали, что осмеры рисуют карту для себя и поэтому препятствуют внесению большого количества данных. Кроме того, свежесть данных почти невозможно проконтролировать, поэтому лучше сдаться заранее. Откуда взялись эти проблемы — модель данных же предполагает бесконечное расширение? Может быть, это не проблемы, а всего лишь задачи для нынешнего поколения картографов и разработчиков?

Клубок данных

Шесть лет назад слои были у всех на устах. «Какие слои в вашем проекте закончены?» — спрашивали на конференциях. «Рано или поздно придётся внести понятие слоёв», — комментировали в штосме. И вот мы в 2018, как успехи в этом направлении?

У нас были сайт Ito Map и панель фильтров в JOSM: ввела highway=* и получила слой дорог и связанных с ними POI. Теперь к ним добавились тематические сайты на основе Overpass API — например, редакторы полос от Almaz. Это круто, конечно, но не решает общую проблему OpenStreetMap.

Проблема с нашими данными в том, что они неделимы. Это хуже, чем топология (когда объекты собираются из частей): связи в данных невероятно прочны и непредсказуемы. Точка лежачего полицейского в составе линии дороги, территория школы и забор вокруг неё в одном объекте, остров-лес... Мрак для человека, всю жизнь работавшего с шейпфайлами. Добавим сюда отношения с сотнями автобусных маршрутов поверх одних и тех же дорог, административные границы по рекам и прочие радости типа type=person — и трогать данные становится страшновато.

Спрятать лишнее фильтрами? Не только потеряем некоторые сильные связи (см. границы по дорогам), но и наткнёмся на распространённые слабые связи: когда кажется, что объекты не связаны, но их взаимное расположение или общие элементы важны. Например, многие проспекты разбиты на сегменты, которые объединяет только тег name (да и то не всегда). Магазины нередко находятся внутри здания с shop=mall (или без этого тега, но с названием вида «ТЦ Скрытный»). Как узнать адрес кафе? Ищете дом, содержащий кафе, затем точку с адресом, лежащую внутри контура дома, ближайшую к кафе.

Зато модель данных простая!

OpenStreetMap с самого начала был не про дороги. Это много карт в одной: города и административное деление, леса и поля, гидрография, дорожный граф и запреты поворота, улицы и адреса, каталог заведений, схемы общественного транспорта, база объёмных моделей зданий. Классические ГИС позволяют включать и выключать тематические слои, чтобы они не мешали работать. Классические ГИС умерли, потому что слои — слишком сложно. Единственный крестик в OSM — на вкладке браузера.

Справочник

Мы хотим, чтобы наша карта работала в качестве справочника заведений, и в этом не уступала коммерческим альтернативам — от странного Here до агрессивного 2ГИС. Разве не за этим вы старательно вводите часы работы магазина во время стоянки в путешествии? Не для этого удаляете с карты закрытое кафе по пути на работу? Как приятно в незнакомом городе найти хорошее кафе или неочевидную детскую площадку в OsmAnd! Сразу чувствуешь, что картографы-любители работают не зря.

«Смотри-ка, люди пользуются OpenStreetMap» — удивляются владельцы крупных организаций и просят своих менеджеров добавить все заведения сети на карту. Иногда срабатывает: когда заведений немного и их можно добавить руками. Иногда они обращаются к тем же компаниям, что добавляют их в коммерческие справочники — и вы знаете, что происходит. Картографы не хотят, чтобы на карте были все объекты. И не только потому что они будут мешать картированию — а они будут, своей неидеальностью, — но и потому что начнётся неявное соревнование человека и «машины». Бездушной капиталистической машины.

Как только какие-то классы объектов на карте станут относительно полными — например, заправки — картографы и пользователи OSM начнут на них полагаться. «У нас есть почти всё» — будут думать они и пропускать неотмеченные небольшие заправки, предполагая, что уже всё есть. Сейчас картографы чувствуют ответственность: кто, если не они. Это приятно, потому что ощущение ответственности похоже на ощущение власти (и ломка от понимания разницы страшная). Когда мы отдаём заметную часть POI, «справочник», на откуп коммерции и роботов, картографы потеряют к ней интерес. Эта потеря может затронуть и остальную карту: мол, запятнали, сами и рисуйте.

Естественная реакция на подобную задачу — выделить слой справочника в отдельный проект. Тоже открытые данные, но с более жёстким классификатором и более дружелюбный к организациям и импортам. Перенести все POI из OpenStreetMap и установить правило: справочник → там. Короче, предложить OpenCorporates двухсторонний обмен информацией.

Разумеется, это не сработает: OpenCorporates — это коммерческая компания, а одно из главных достоинств OSM — что наши данные ни от кого не зависят. Как и другие достоинства, с другого ракурса оно скорее походит на недостаток. Но чинить, что не сломано, — не наша задача. Поэтому наш справочник — это OpenStreetMap. У нас есть база заведений, мы умеем отделять её от других данных. Насколько эта база хороша?

Доверия к заведениям в OSM нет даже у опытных осмеров. От моего дома до ближайшего неотмеченного на карте заведения двести метров. Уверен, это расстояние не превысит полукилометра для значительной части активных редакторов. Когда нужно найти кафе, я открываю foursquare, когда ищу автосервис — карты яндекса. Чем больше POI на карте, тем меньше уверенности в их актуальности. Точки вполне могли нарисовать несколько лет назад. А когда фрагмент карты выглядит относительно полным, осмеры перестают его замечать. Наши инструменты не делают удобным обновление данных. Приятно отметить новый магазин. Удалить закрытый сложно.

Будущее

«Участвовать в проекте легко — достаточно зарегистрироваться и нажать кнопку „Правка“». Нажимаем, видим мешанину как на рисунке ниже. Как здесь найти магазин, который нужно поправить, или как тыкнуть в парк, чтобы его обвести, или как проложить тротуар и не зацепить ничего лишнего? Любой опытный осмер, запомнивший, какой кнопкой расцеплять линии, ответит, что это почти невозможно. И мы даже не упоминаем отношения. Постепенно территории, где опасно орудовать в iD и неудобно в JOSM, расширяются. Когда-нибудь такой плотной станет вся карта — и это не будет поводом для радости.

Могли бы помочь автофильтры, вот только за полтора года мы не увидели работ в этом направлении. Да и нынешние их воплощения не сильно отличаются от обычных фильтров, проблема которых описана выше. Нет, дополнительной функциональностью существующие редакторы не поправишь. Пора признать, что в OpenStreetMap у стандартного подхода «скачать всё и потом редактировать» нет будущего. Ни JOSM, ни iD, ни Vespucci, ни Go Map не посоветуют новичкам через десять лет.

Что же посоветуют? Другие редакторы, эксперименты в которых мы видим в последние годы. Прежде всего, это Maps.Me и StreetComplete. Несмотря на технические недостатки, ими пользуются десятки тысяч пользователей. Их особенность — они тематические. Не пытаясь обрабатывать весь клубок данных, они вытаскивают и пришивают только интересные им ниточки: POI и дополнительные атрибуты. Пользоваться ими легко, и для работы с этими слоями даже опытные осмеры предпочитают достать телефон, а не запускать редактор на компьютере.

Именно это и произойдёт в будущем: редакторы всё-в-одном расслоятся на низкоуровневые, типа Level0, и тематические. На мобильных устройствах последние уже победили, теперь дело за настольными редакторами. Вдохновляющие заметки о первых попытках их сделать только начинают появляться в ленте. Например, Deriviste от Ричарда: простая (и очень сырая) страничка с фотографией из Mapillary, картой и поиском по заготовкам тегов. Дважды кликаешь на магазин на фотографии, корректируешь его расположение, вводишь «фрукты» и идёшь дальше. Обработка фотографий из картографической прогулки раньше была невыносимо сложной, а теперь это игра. Гениально.

Пока что у нас нет ни единого законченного тематического редактора, которым хотелось бы пользоваться вместо обычных. Близки к таким редакторы полос, упомянутые выше. Может, ещё Conflation Audit для подтверждения изменений при импортах POI. Логичным развитием его будет помощь при загрузке любых пакетных точечных данных — так что видя страницу магазина с пятью адресами, захочется открыть этот редактор, а не JOSM или iD, потому что он удобнее и гарантирует обновление данных, когда обновится сайт.

Чудесные тематические редакторы будущего обойдут все проблемы, которые описаны ранее:

  • Они очевидным образом решают вопрос слоёв, работая только со срезом данных. Например, вы указываете автобусные остановки по маршруту, а редактор сам прокладывает маршрут по ближайшим улицам и после проверки правильно разрезает их и собирает отношения route. Связи между слоями станут не случайными, а осмысленными и одобренными пользователем.
  • Они автоматизируют редактирование: заботы об обновлении данных лягут не на супер-картографов, коих сейчас один человек на миллион жителей, а на машину. Она сама скачает данные из того же источника и сама напомнит, когда ваш вклад начнёт выглядеть устаревшим. Хранение жизненного цикла внутри OSM не работает, в отличие от сторонних сервисов, которые знают, что делать со всеми этими датами.
  • Они дают уверенность в качестве данных, потому что валидируют не только геометрическую и техническую корректность, но и источник, и взаимосвязь объектов внутри темы, и возраст данных. Импорты станут умнее, потому что у импортированных объектов будет история. Авторы редакторов будут писать валидаторы не вширь, как в JOSM, а вглубь, находя новые неочевидные способы убедиться в правильности изменений.

В мире, где люди открывают редактор карты, чтобы поправить время работы или чтобы нарисовать новый маршрут автобуса или вырубку, а не тупо покопаться в месиве из данных, OpenStreetMap будут воспринимать тем, чем он является: множеством разных карт в одной. Которые в сумме больше и полезнее, чем по-отдельности.

Дело за малым: придумать и написать. Авторы потенциальных редакторов-хитов должны не только хорошо разбираться в OpenStreetMap и уметь программировать, но и иметь опыт в проектировании хорошего UX. Знать все примеры хорошего пользовательского дизайна в картографии: сайта Moovit, редактора запретов поворотов в iD, алгоримов модерации, интерфейса «народных карт»... Да, подвох тут очевиден. Продолжение следует.

2018   id   ВНЕЗАПНО   проекты

Агентам справочника вход воспрещён

Анна из «народной карты» расписала в их блоге, откуда берутся заведения на картах яндекса. В компании ведут два набора данных: «справочник» и «народная карта». Копирование данных налажено пока только из карты, скоро будет и обратное. И этот поток автоматических правок будет куда сильнее: ведь доля пользовательских данных в наполнении справочника очень мала.

Здесь всплывают две темы: постепенное замещение картографов-любителей роботами на «народных картах» под безграничное терпение первых и приоритеты в картографировании заведений. Обе темы подчёркивают радикальное отличие и «народных карт», и просто карт Яндекса от OpenStreetMap во всех своих ипостасях.

Приоритеты

В заметке перечислены восемь источников данных о заведениях, которые склеиваются и доступны из поиска на карте: правки народных картографов, сообщения из разных видов обратной связи, информация от организаций и от оплачиваемых сборщиков данных. Сколько из них есть в OSM? Только два: правки осмеров и заметки на сайте. Хотя, честно говоря, заметками владельцы заведений не пользуются, потому что их почти невозможно найти.

Где всё остальное? Ладно, у нас нет службы поддержки и сотрудников, обзванивающих организации. Но многие компании специально платят, чтобы их филиалы наносили на карты — и мы осознанно сопротивляемся этим «импортам». Что хорошо для всех популярных карт, оказывается плохо для OpenStreetMap. Как же так?

Дело в целевой аудитории. Кто адресат нашей карты, для кого мы рисуем? На сайте и в вики про это ни слова. «OSM предоставляет данные тысячам сайтов» — ничего не значащее утверждение, этот блог тоже предоставляет. А если OSMF и администраторы сайта отказываются ограничить ЦА карты, за них это сделают сами картографы. Самым очевидным способом.

OpenStreetMap — это карта для картографов под открытой лицензией. Два тезиса, которые определяют все решения в проекте. Открытая лицензия регулирует отношения со внешним миром: запрет на нелегальные данные и обклацывание гугля, публикацию планеты под ODbL, экосистему открытого кода. А первый тезис, что целевая аудитория — это картографы, регулирует все вопросы внутри сообщества. Прежде всего, конечно, тегирование, требования к редакторам и выбор допустимых слоёв для импортирования.

Самое неочевидное, что следует из ориентированности на редакторов карты, — это ограничение на размер данных. Когда их становится слишком много (например, после массового импорта «зелёнки»), сообщество бунтует и заводит reverter. OSM состоит из одного слоя, который непросто разделить по типам объектов, поэтому один перегруженный слой затрудняет редактирование остальных. Нарисовали схему помещений — контур здания теперь не улучшить. Импортировали Corine — проще закрыть редактор, чем обозначить вырубку. Обозначили каждый лоток на рынке — никто не будет обновлять информацию, да и проходы трогать побоятся.

Поэтому участники неодобрительно смотрят на импорты заведений. С одной стороны, пользователям карты хорошо: можно найти в любимом Maps.Me или OsmAnd заправку по пути и кафе у гостиницы. С другой, мы рисуем OSM не для пользователей: сотни тысяч, если не миллионы, импортируемых точек нужно проверять, поддерживать, обновлять. Никто этим не будет заниматься, а потому они не должны быть частью карты. Карта — для того, что интересно рисовать и несложно поддерживать.

Роботы

Задачу поддержки заведений из сторонних источников решить несложно: периодически проверять и импортировать заново. От картографов ничего не понадобится, только верить и не мешать. Разумеется, правки импортированных данных сохранятся после обновления — или нет, смотря сколько времени прошло. В перспективе это можно распространить на «зелёнку» и адреса.

Получится, что за существенную часть данных OpenStreetMap — сотни миллионов объектов — будут отвечать роботы, пусть и курируемые людьми. Медленно процесс поддержки данных OSM будет мигрировать к модели википедии, когда в истории правок любой статьи минимум 10% правок идут от роботов, следящих за порядком. Потому что если можно импортировать, то почему нельзя автоматически amenity=sauna заменять на leisure=sauna? Логично же это поручить роботу и спать спокойно, зная, что база консистентна?

В народных картах Яндекса это само собой разумеется. Там автоматизировано всё: импортирование данных в новых странах, сдвиг объектов при обновлении снимков, обновление данных из справочника. Роботам помогают сотрудники на зарплате и участники «Толоки», которых всё больше. Когда нужна актуальная и полная карта, полагаться на добровольных картографов-любителей недостаточно — это очевидно примерно всем. Поэтому народная карта мигрирует влево по шкале свободы картографии, усиливая контроль над содержимым карты.

Активным участникам сообщества НЯК это, конечно, не нравится. Данные от людей на зарплате предсказуемо хуже работы любителей — по всем показателям, кроме тех, что входят в ТЗ. «Теперь я не слежу за порядком. Спасибо яндексу за это», — хлопают дверью модераторы. Да и под заметкой про интеграцию справочника немало недоумённых комментариев. Это всё люди, которые не успели перестроиться три года назад и не поняли, что «народная карта» больше не самостоятельная песочница, где можно в одиночку нарисовать и поддерживать город, а инструмент обратной связи к картам Яндекса. Народные картографы теперь не столько правят карту, сколько корректируют импортированное и нарисованное профессионалами.

Очевидно, что автоматические правки противоречат целям сообщества OpenStreetMap: иметь карту, которую весело редактировать. Картограф с опытом всегда найдёт, какую претензию предъявить оператору любого скрипта. Данные плохо привязаны. Теги неправильные, но замена неравнозначна. Формат телефонного номера не тот. Это дискриминация против малого бизнеса. Хорошо, но проверяй каждый объект вручную. Этим атрибутам не место в OSM. Посмотрите на TIGER, хотите повторения? Любой импорт или автоматическая правка должны пройти через болото уныния, и редкий энтузиаст доползёт до его середины.

Мы говорим «карту может поправить каждый», но мы же и говорим «карта для любителей, а не корпораций». Мы ратуем за карту без дискриминации, но в то же время рисуем таблички про вход воспрещён. Открытый проект, но пожалуйста, не надо. Решить это противоречие может сильная структура, наделённая правом окончательного голоса. Но в нынешней парадигме «Совет + рабочие группы» такая структура невозможна. Тут либо делать альтернативный проект, либо повторить то, что Стив Кост сделал четырнадцать лет назад: выкручиваться малыми силами, находя новые смыслы в существующих структурах. И не сказать, что это невозможно. Продолжение.

2018   ВНЕЗАПНО   источники   няк

Моря коричневых квадратиков

Вы, наверное, слышали об инициативах HOT, особенно о серии картовстреч Missing Maps. Добровольцев сажают за JOSM и учат обклацывать домики в Центральной Африке. Результатом становятся сотни тысяч контуров с building=yes, которые аналитики используют для планирования акций помощи.

Jean-Marc Liotier намедни задал вопрос, столько неожиданный, сколько и очевидный: а зачем это всё? Добровольцы оставляют жутко неточную карту, на которую опытный осмер без слёз не взглянет. Дороги недорисованы, POI отсутствуют, будущим африканским мапперам будет проще удалить это всё и начать с нуля.

Зачем вообще рисовать контуры? Для анализа населённости достаточно нарисовать полигон landuse=residential с атрибутом плотности. На крайняк — вместо контуров ставить в центре домиков точки со всеми нужными тегами. У аналитиков будет способ посчитать население, а карта не пострадает. Зачем тратить время и силы ценного человеческого ресурса на работу, которую осмеры захотят удалить?

Для зарождающегося африканского сообщества эти недокарты вообще мина: здесь не кривые линии дорог нужно выправлять, как после импорта TIGER американцам, здесь каждый домик нужно скрупулёзно передвигать на правильное место. Любой, кто этим занимался, схватится за голову.

В рассылках вопрос поддержали опытные осмеры, а члены HOT ответили, но как-то не по существу. Про пользу да про валидаторов, которых всегда не хватает, потому что это не так интересно. Нет вопроса о пользе карты для кого-то, кроме аналитиков HOT, в справочнике команды. Никто не подумал. Проблемы не белых людей.

Один из вариантов ответа: встречи Missing Maps — отличный способ завербовать далёких от картографии людей в OpenStreetMap. Научить их редактированию и показать осязаемую пользу от работы. Да, качество их домиков будет ниже плинтуса, но если мы берём за цель их участие в сообществе, то то, что они нарисуют, можно удалить. Главное, что человек завяз.

Работа гуманитарной команды поднимает сразу несколько вопросов. Например, чем сотни тысяч нарисованных добровольцами домиков лучше автоматического импорта домиков из сторонней базы (тут как раз Bing пожертвовал 125 миллионов)? Наши правила запрещают массовые правки без обсуждения, но здесь же живые люди обклацывают снимки. Да, качество так себе, да, придётся большую часть удалить. При этом, сообщество не приемлет автоматические правки и импорты. Главный аргумент — потому что данные из сторонних источников всегда уступают тёплым ламповым нарисованным вручную домикам.

Впрочем, организованное редактирование скоро тоже зарегулируют новым регламентом. Он гласит, что если вы собрались больше трёх, то посчитаем это импортом: косо посмотрим, сплюнем, спросим за район.

Почему появился этот регламент? Некоторые компании начали платить мапперам за улучшение карт густо населённых районов, и осмеры из этих районов возмутились. Импорты и организованное редактирование никого не волнуют, пока не нарушают главное правило: только не на моём участке. Стоит задеть территорию опытного осмера, как узнаешь про много разных правил и ограничений. Классы дорог не трожь, используй contact:website вместо website, каждый POI должен быть проверен на местности и подтверждён нотариально заверенной фотографией. Правило «Не на моём участке» в сообществе идёт первым, до лицензии и проверяемости. Гуманитарной команде позволяют работать в Африке только потому, что там нет увлечённых мапперов, которые от очередного набега придут в ужас.

Наконец, проблема сотен тысяч домиков поднимает через Жана-Марка тот же вопрос, какой должен задавать себе каждый из нас: зачем мы картируем? Чем мы руководствуемся при выборе тегов и объектов для картирования, и какой конечный результат покажет нам, что мы выполнили свою работу хорошо? Линия на стандартном картостиле? Слово «МакАвто» в результатах поиска на смартфоне? Размер файла с выгрузкой города? Числа в валидаторе? Какой бы ни была ваша метрика, не бойтесь поделиться ею на форуме или в чатике: вам не только помогут найти лучшие источники и модули редакторов для работы, но и объяснят, почему ваша работа не имеет смысла. Мы всегда рады помочь.

2018   hot   ВНЕЗАПНО
Ранее Ctrl + ↓